— Алло! Слушаю. Я. Неужели это ты? Не может быть! Сколько лет, сколько зим! Проездом, говоришь? И только полчаса в твоем распоряжении? Ну, это просто… Свинство, говорю, не остановиться хотя бы на несколько дней у своего старого приятеля. В санаторий едешь? Это, конечно, уважительная причина.
В тот летний день все было, как обычно, все было нормально. На улицах большого города стояла жара, как в духовке газовой плиты, когда пекут пироги. Огнем дышали каменные стены многоэтажных домов, асфальтовые тротуары, железные трамвайные рельсы, чугунные столбы…
В нашем ПТУ недавно случилось ЧП. Во время практических занятий у нас в группе пропал халат. Представляете, чей? Преподавателя по эстетическому воспитанию Луизы Петровны — молодой красивой женщины…
В деканат педагогического института вошел вчерашний студент Геннадий Васьков. На его груди сверкал ромбик с изображением раскрытой книги. А из кармана, куда Васьков положил только что полученный диплом, еще шел запах типографского клея.
Много у меня знакомых, немало приятелей, но друг был один. Говорю «был», поскольку, мне кажется, потерял я его навсегда, хотя он жив и здоров по сей день.
Перед «начинающими», «молодыми» «и другими» сочинителями нашего литобъединения «Чик-чирик» в прошлое воскресенье выступал видный бальзаковед под псевдонимом Шарль де Латанье с лекцией «Жизнь и творчество Бальзака».
У киоска «Табак» две молодые женщины одновременно оторвали взгляды от сигарет с поэтическим названием «Каравелла» и в один голос воскликнули:
К искусству я имею, можно сказать, прямое отношение. Работаю в художественном музее. Сторожем. Живопись стерегу. Потому я всю подноготную знает…
Виктор Семенович неуклюже вертелся перед зеркалом и усердно душил себя ярко-зеленым галстуком в крупный белый горошек, стараясь узел точно расположить под петушиным бугром.
За мной следили несколько пар глаз. Я волновался. Мне казалось, что окружающие видят это и догадываются, о чем я думаю. А думал я в этот трудный момент о прошлом. У меня в голове мелькали фрагменты моей жизни…
— Алло! Вить! Привет! Узнал? Это я, Коля. Откуда звоню? С балкона. Из автомата звоню. У меня на балконе стоит автомат. Обычный телефон-автомат. Который таксофоном называется. Откуда взял? Достал! Снизу. С земли. Да, с будкой. Нет, будка не мешает. Наоборот! В ней хорошо в плохую погоду!
В ночь новогоднего праздника по воле и капризу своего начальника я оказался в его кабинете как дежурный по учреждению.
В начале прошлого года я ездил в командировку в красивый комфортабельный современный город. Это была архитектурная сказка!..
После калорийного домашнего ужина Геннадий Павлович Левицкий достал с книжной полки «Женщину в белом» и лег с ней на диван культурно отдохнуть. Он прочитал три страницы открытыми глазами, две — сквозь ресницы, одну — носом и, прикрыв лицо чужим романом, предался воспоминаниям. Он лежал в таком дремотном состоянии, когда грезы и сон теряют границы…
Волка и танцора ноги кормят, лектора и певца — голосовые связки, а меня лично кормит паяльник. Потому к паяльнику я отношусь с особым вниманием, заботой и любовью.
В автобусе какой-то гражданин с пытливым взором, смерив меня с ног до головы, протянул мне лист бумаги и сказал:
Итак, обмен комнатами состоялся, и я переехал в новую квартиру с общей кухней. Усталый от хлопот переезда, я лег на раскладушку и, расслабив конечности, напряг мозги. «Интересно! — думал я. — Кто еще обитает в остальных комнатах этой квартиры? С кем мне придется общаться по воле коммунальной системы?..» В этот момент за моей дверью послышался [...]
В каждом учебном заведении бывают свои легендарные преподаватели-чудаки. У нас, в медицинском институте, тоже есть такой преподаватель. Борис Петрович Кучкин. Он читает лекции и принимает экзамены по психоневрологическим заболеваниям. Студенты между собой его называют Артистом. Он действительно большой актер. Экзамены принимает оригинально. Сажает студента за стол, а сам превращается в такого больного, пациента, о каком [...]
Страница 1 из 2 1 Последняя >>
