Грациозная теща

Меня многие называют «подбашмачником». Ну и что? Характер у меня действительно мягкий в отличие от Люлечкиного. Люлечка — моя жена. Очень решительная особа. Правда, девяносто процентов ее решительности идет от мамочки, Надежды Теодоровны, моей, стало быть, тещи…

Звонок друга

— Алло! Слушаю. Я. Неужели это ты? Не может быть! Сколько лет, сколько зим! Проездом, говоришь? И только полчаса в твоем распоряжении? Ну, это просто… Свинство, говорю, не остановиться хотя бы на несколько дней у своего старого приятеля. В санаторий едешь? Это, конечно, уважительная причина.

Оса

В тот летний день все было, как обычно, все было нормально. На улицах большого города стояла жара, как в духовке газовой плиты, когда пекут пироги. Огнем дышали каменные стены многоэтажных домов, асфальтовые тротуары, железные трамвайные рельсы, чугунные столбы…

Экзамен

В каждом учебном заведении бывают свои легендарные преподаватели-чудаки. У нас, в медицинском институте, тоже есть такой преподаватель. Борис Петрович Кучкин. Он читает лекции и принимает экзамены по психоневрологическим заболеваниям. Студенты между собой его называют Артистом. Он действительно большой актер. Экзамены принимает оригинально. Сажает студента за стол, а сам превращается в такого больного, пациента, о каком [...]

Сдача

Вернулся я из магазина с покупками. Моя жена пересчитала сдачу и ехидно спросила:

Широкие натуры

Мы стояли возле приемного пункта стеклопосуды, перебрасываясь шутками и отпуская реплики в адрес задержавшегося приемщика.

Как вы учились?

За мной следили несколько пар глаз. Я волновался. Мне казалось, что окружающие видят это и догадываются, о чем я думаю. А думал я в этот трудный момент о прошлом. У меня в голове мелькали фрагменты моей жизни…

Интеллектуальный грабеж

— Стойте! — громко шепнули в темном подъезде. — Советуем не сопротивляться!

Эмансипация

Молодожены все время ссорились, казалось бы, из-за пустяков.

Халат

В нашем ПТУ недавно случилось ЧП. Во время практических занятий у нас в группе пропал халат. Представляете, чей? Преподавателя по эстетическому воспитанию Луизы Петровны — молодой красивой женщины…

Таксофон на балконе

— Алло! Вить! Привет! Узнал? Это я, Коля. Откуда звоню? С балкона. Из автомата звоню. У меня на балконе стоит автомат. Обычный телефон-автомат. Который таксофоном называется. Откуда взял? Достал! Снизу. С земли. Да, с будкой. Нет, будка не мешает. Наоборот! В ней хорошо в плохую погоду!

Сделай потише!

Постучали в дверь моей комнаты, и я открыл. Передо мной стоит пожилой мужчина в пижаме.

Две характеристики

В деканат педагогического института вошел вчерашний студент Геннадий Васьков. На его груди сверкал ромбик с изображением раскрытой книги. А из кармана, куда Васьков положил только что полученный диплом, еще шел запах типографского клея.

Все в порядке

В ночь новогоднего праздника по воле и капризу своего начальника я оказался в его кабинете как дежурный по учреждению.

Перед свадьбой

Мы прошли через весь парк, подошли к озеру и тихо опустились на скамью. В озере улыбалась луна и перемигивались звезды…

Как я стал йогом

Много у меня знакомых, немало приятелей, но друг был один. Говорю «был», поскольку, мне кажется, потерял я его навсегда, хотя он жив и здоров по сей день.

Комфорт

В начале прошлого года я ездил в командировку в красивый комфортабельный современный город. Это была архитектурная сказка!..

«А и Б сидели на трубе…»

Наш Арнольд Рентгенович, прямо скажу, и начальник хороший и человек замечательный. Он к каждому сотруднику найдет особый подход, подберет нужный ключ… Он никогда голоса на вас не повысит, поговорит по душам, поможет разобраться в создавшейся ситуации…

Встреча с бальзаковедом

Перед «начинающими», «молодыми» «и другими» сочинителями нашего литобъединения «Чик-чирик» в прошлое воскресенье выступал видный бальзаковед под псевдонимом Шарль де Латанье с лекцией «Жизнь и творчество Бальзака».

Женщина в сером

После калорийного домашнего ужина Геннадий Павлович Левицкий достал с книжной полки «Женщину в белом» и лег с ней на диван культурно отдохнуть. Он прочитал три страницы открытыми глазами, две — сквозь ресницы, одну — носом и, прикрыв лицо чужим романом, предался воспоминаниям. Он лежал в таком дремотном состоянии, когда грезы и сон теряют границы…